Илья КУХАРЧУК: «Так до конца и не понял, почему не попадал в состав при Гунько»
ГлавнаяПресса
Илья КУХАРЧУК: «Так до конца и не понял, почему не попадал в состав при Гунько»

Он начинал в Костроме, играл в праймовом «Анжи», а теперь вернулся в РПЛ спустя десять лет и наслаждается футболом.

В этом сезоне «Химки» выступают в Премьер-Лиге впервые за 11 лет. Возвращение подмосковного клуба из ФНЛ получилось сложным и нервным – в предыдущем сезоне команда в переломный момент пережила смену тренера, а потом еще долго не знала, получит ли она заработанное повышение в классе из-за финансовых сложностей в клубе.

Не менее долгим обратный путь на элитный российский уровень стал и для полузащитника «Химок» Ильи Кухарчука. В текущем чемпионате он выходил на поле уже восемь раз, а до этого последний раз играл в РПЛ только 10 лет назад – в составе праймового «Анжи».

В КОСТРОМЕ НЕ ТО ЧТОБ СТАЛО ХУЖЕ С ФУТБОЛОМ. ЕГО ВООБЩЕ НЕТ

- Ты начинал заниматься футболом в Костроме. Кто-то из тех, кто с тобой стартовал, сейчас играет на высоком уровне?

- Конкретно из тех, кто со мной начинал, с кем я вместе занимался, есть ребята, играющие в ПФЛ, ФНЛ. А так, Эльдар Низамутдинов долгое время играл в Премьер-Лиге (на данный момент выступает за «Шинник», прим. Rusfootball.info), он тоже костромской. В «Текстильщике» играет Алексей Горюшкин, Левани Лацузбая выступает за «Волгу» Ульяновск, они занимались со мной в юности. Есть футболисты из Костромы. Их не так много, но они есть.

- Недавно твой партнер по команде Владимир Дядюн давал интервью, в котором сказал, что в Омске, где он начинал карьеру, по сравнению с 1990-и с футболом стало хуже. Как с этим дела обстоят в Костроме? Интересуешься этим?

- Да, конечно, переживаю за костромской футбол. Все стало не то чтоб хуже, футбола вообще нет. Команда закрылась (речь идет о костромском «Спартаке», Rusfootball.info). В Костроме в принципе спорта нет. На хорошем уровне находятся только костромские школы единоборств. Я лично ходил к главе города, спрашивал, почему так происходит.

- Что он ответил?

- Он сказал, что это прерогатива губернатора. Футбол в регионе развивать не хотят.

- Твое детство пришлось на 90-е. Тяжелое время?

- Это провинция, в каждом городе было, примерно, одинаково. Если брать Кострому, Иркутск и другие провинциальные города. В детстве я видел, как старшие ребята занимаются криминалом, как люди употребляют наркотики, как они их делают. Это было везде, в каждом городе. Просто кто-то вырос в криминальных районах, а кто-то рос в более-менее благополучных.

- Чем занимались твои родители?

- У нас прекрасная семья: отец - полковник в отставке, он был строгий. Мама у меня добрая, она занимается, и в то время занималась, шитьем. Я жил в достатке, у меня всегда было, что поесть, на что купить бутсы. Жаловаться мне не на что.

Я учился в школе. Да, иногда прогуливал, пропадал с пацанами на районе, на футбольной площадке. Мелкие стычки со сверстниками, какие-то драки — такое тоже бывало, но прямо отъявленным хулиганом я не был. Футбол для меня всегда был главным. Даже ребята на районе понимали, что я спортсмен, поэтому меня ни во что не втягивали.

ЭТО’О НИКОГДА НЕ ОТКАЗЫВАЛ, ВСЕГДА ПОМОГАЛ И БЫЛ ДРУЖЕЛЮБЕН. ПОСЛЕ ТРЕНИРОВКИ МОГ ПОДОЙТИ И ПОХВАЛИТЬ

- После Костромы ты попал в школу «Шинника». Оттуда ты ездил на просмотр в «Локомотив». Почему не срослось?

- До «Локомотива» был просмотр в дубле «Зенита» — там я не подошел. Был молодой, думал, что в порядке. Точнее, так думал мой агент, который мной занимался. Он, наверное, считал, что я в 15 лет перерос школу и пора уже в дубль.

Когда я приехал в «Зенит», там уровень футболистов довольно высокий был. И моего возраста там вообще в принципе ребят не было. Мне сказали, что пока рановато в дубль, надо окрепнуть, поэтому я уехал обратно в Ярославль.

Просмотр в «Локомотиве» был где-то через полгода-год. Я приехал в «Локомотив» с тем условием, что еду в дубль. Но мне сказали, что надо провести какое-то время в школе до выпуска. Я отказался. Не видел смысла в свои 16 лет переходить в школу «Локомотива». Я развернулся и уехал дальше покорять просторы российского футбола.

- Оказалось, уехал не зря. Ты дорос до уровня РПЛ, в которой дебютировал в составе керимовского «Анжи» с кучей звезд.

- Да, уехал не зря. Я попал в дубль «Рубина», и уже после трех лет пребывания в Казани меня Гаджи Муслимович [Гаджиев] забрал в «Анжи».

- Каково было играть в одной команде с Это’о и Роберто Карлосом?

- Играть с Это’о и Карлосом было очень круто. Простой парень из Костромы играет с такими звездами, на которых смотрел в детстве по телевизору. Болел за Бразилию на чемпионате мира — и тут Роберто Карлос в одной команде со мной. Потом смотришь, человек, который играл в «Барселоне», и теперь он с тобой рядом. Это сейчас я понимаю, как было круто. На тот момент думал, «ну, окей». Я ведь до этого в Казани был и там тоже были звезды. Семак и Домингес — это ведь тоже уровень.

Я приехал в «Анжи» как раз в то время, когда туда начали приезжать звезды, и, казалось, так будет всегда. На тот момент я все-таки до конца не понимал и не ощущал, с какими людьми работаю. Сейчас, да, я это все понимаю. Надо было цепляться за каждую возможность, подходить и спрашивать советы. Хоть я так и делал, но все равно недостаточно.

- С Это’о у тебя схожая позиция на поле. От него был подсказ?

- Да, когда я подходил к нему с вопросами, он никогда не отказывал, всегда помогал и был дружелюбен. Когда заканчивалась тренировка, он мог подойти и похвалить, или сказать, где прибавить, что я делаю не так.

- В «Анжи» тебе приходилось играть в центре обороны. Как ты принял это решение тренера и как он его обосновывал?

- Это получилось случайно. После травмы я попросился играть за дубль для игровой практики. Впереди у нас была домашняя игра с «Локомотивом». Ко мне подошел тренер и сказал: «Илья, можешь сыграть в центре защиты? У нас два центральных защитника выбыли из-за травм». Я согласился, мне было не сложно. На этой игре присутствовал на тот момент главный тренер «Анжи» Андрей Львович Гордеев. Мы выиграли 2:0, а я на удивление отлично сыграл. На следующей тренировке он меня начал использовать как центрального защитника. С формулировкой: «Ты быстрый, от тебя ни один нападающий не убежит».

- Сейчас в сборной России позиция центрального защитника является дефицитной. Не было мысли позвонить Черчесову со словами: «Станислав Саламович, готов закрыть центр обороны, только вызови?»

- Нет, сейчас я стараюсь держаться подальше от защиты (смеется). Мне очень нравится забивать голы — хочу быть эффективен на своей позиции вингера.

- В атаке ты поиграл на всех позициях - и в центре, и справа, и слева. Где тебе комфортнее действовать?

- Наверное, слева.

- На левом фланге в «Химках» сейчас играет Мирзов, а ты больше действуешь справа.

- Это установка тренера, он так видит. По поводу позиции на поле у нас разговора не было, Геннадьевич [Игорь Черевченко] знает, что я могу играть и справа, и слева, и впереди. Мне в Премьер-Лиге вообще без разницы, где выходить с позиции атаки. Главное приносить пользу команде. Я шел к Премьер-Лиге 10 лет со времен «Анжи», поэтому я цепляюсь за каждую возможность просто выйти на поле и отработать на все 100%.

Я ВОТ СМОТРЮ «КРАСАВУ». ОН ПОКАЗЫВАЕТ «КРАСНОДАР», «ДИНАМО», ДРУГИЕ КЛУБЫ РПЛ. ВОТ ТАМ ЧУВСТВУЕТСЯ УРОВЕНЬ

- Возвращаясь к «Анжи», расскажи какую-нибудь интересную историю, связанную с Роберто Карлосом или Это’о.

- Таких историй, наверное, нет. Я не проводил с ними время вне поля. Но по характеру они были немного разные. Это’о более дисциплинированный, профессионал. Роберто Карлос действовал всегда на «расслабоне» в силу своего характера.

- В «Анжи» ты впервые стал зарабатывать приличные деньги. Ты рассказывал, что любил много денег оставлять в ресторанах. Была ли у тебя какая-нибудь дорогостоящая покупка, о которой ты впоследствии пожалел?

- Нет, такого не было. Было по мелочи, но много. Сейчас думаю, зачем я столько тратил. Но такого, чтобы я разом потратил большую сумму, не было.

- После «Анжи» ты долгое время играл в ФНЛ. Насколько сильно отличаются бытовые условия, качество полей и судейство в ФНЛ от РПЛ?

- «Химки» только поднялись из ФНЛ в Премьер-Лигу. Тут все постепенно идет на улучшение — условия для тренировок и восстановления. Да, стало чуть лучше, но до уровня лучших клубов страны — путь долгий.

Я вот смотрю «КраСаву». Он показывает «Краснодар», «Динамо», другие клубы Премьер-Лиги, вот там чувствуется уровень. У нас все пока идет постепенно, не за один год это строится.

Если говорить о полях, то, безусловно, они лучше в премьер-лиге, чем в ФНЛ, где хватает полей не самого лучшего качества.

Судейство я не комментирую — один раз уже высказался, мне хватило. После этого понял, что публичную оценку судьям должны давать те, кто этот департамент курирует. А мое дело — играть в футбол.

ЗВОНИЛИ НЕЗНАКОМЫЕ МНЕ ЛЮДИ. ПРЕДЛАГАЛИ, НАПРИМЕР, ЗАРАБОТАТЬ ЖЕЛТУЮ КАРТОЧКУ. Я БЛОКИРОВАЛ НОМЕР: ПРЕДАТЬ ФУТБОЛ - ЗНАЧИТ ПРЕДАТЬ СЕБЯ

- До перехода в «Химки» ты играл в «Томи». Там ты провел один из лучших отрезков в карьере.

- Да, действительно, в плане футбольной составляющей в «Томи» был отличный отрезок. Конечно, я слежу за командой, для меня она стала, как родная. До сих пор общаюсь со многими болельщиками.

- Нынешний сезон пока складывается для них тяжело.

- Я верю, что они сохранят прописку в ФНЛ. Независимо от тренера, эта команда должна играть, потому что в городе любят футбол. Такая команда должна существовать хотя бы в ФНЛ.

- Веришь, что Кержаков сможет вытянуть команду?

- Очень надеюсь, что Кержаков исправит ситуацию. У них есть потенциал развиваться и двигаться в нужном направлении.

- Тебе когда-нибудь предлагали участвовать в договорняке?

- Такого, чтобы сдавать игру или не выйти на матч, не было. Иногда звонили незнакомые мне люди. Предлагали, например, заработать желтую или еще что-то. Когда такие разговоры начинались, я сразу вешал трубку. Корректно отвечал, что обратились не по адресу, потом блокировал номер. Предать футбол - значит предать себя.

Я ВОТ СМОТРЮ «КРАСАВУ». ОН ПОКАЗЫВАЕТ «КРАСНОДАР», «ДИНАМО», ДРУГИЕ КЛУБЫ РПЛ. ВОТ ТАМ ЧУВСТВУЕТСЯ УРОВЕНЬ ТАК ДО КОНЦА И НЕ ПОНЯЛ, ПОЧЕМУ НЕ ПОПАДАЛ В СОСТАВ ПРИ ГУНЬКО

- Перед началом сезона ходило много слухов о том, что «Химки» будут фарм-клубом «Спартака». Как на это реагировали игроки внутри команды?

- В команде подшучивали над этим, никто серьезно к этому не относился. Был такой момент, когда я сидел во дворе, и ко мне подошел незнакомый мужчина, как потом оказалось, «спартаковский» болельщик, и сказал: «Вы же из «Химок»? Добро пожаловать в систему». Люди почему-то в это верили…

- «Химки» стартовали с 8-матчевой серией без побед. Почему так произошло?

- Я толком даже не играл в эти играх. Если и играл, то не на своей позиции — крайнего защитника. Почему не играл? Думаю, что этот вопрос лучше адресовать главному тренеру, который был на тот момент [Дмитрий Гунько]. У меня ответа не него нет. Если бы я играл стабильно в стартовом составе, то смог бы ответить на вопрос, почему мы так играли, что-то более конкретное. Внутри команды обстановка была нормальная, но что-то пошло не так. Ответственности с себя не снимаю, но конкретно ответить не могу.

- Почему у Гунько, по твоему мнению, не получилось в «Химках»?

- Наверное, надо было что-то поменять в плане подготовки, в плане состава. Мне было обидно, что я не играю. Когда я мог выйти и помочь команде своим желанием и присутствием на поле, мне не давали эту возможность. Небольшой осадок от работы остался, но это видение тренера, все по-разному видят футбол. Мое мнение не всегда может совпадать с мнением тренера. С приходом Игоря Геннадьевича я начал получать игровую практику.

- Ты не подходил к Гунько с вопросом, почему ты не попадаешь в состав?

- Были личные беседы, проходившие в спокойной обстановке. Но я для себя так и не понял до конца, что я делал не так.

- Последним матчем для Гунько стала игра с «Краснодаром». Ты в той встрече участие не принимал из-за травмы. О чем ты думал, когда смотрел матч по телевизору?

- Я пришел на ужин, ни на ком лица не было. Игра даже не обсуждалась, всем и так все было понятно. Единственное, что я сказал ребятам, что это надо просто забыть. И «Ливерпуль» проигрывал 2:7 «Астон Вилле», и Бразилия крупно уступала на чемпионате мира. Да, мы провели не самый лучший матч в карьере. Но эту страницу надо перелистнуть. Если какие-то матчи надо разбирать и смотреть, что было не так, то вот такие игры надо просто забыть, это мое личное мнение.

КАК ГЛУШАКОВ ПРОСТАВИЛСЯ ПОСЛЕ ПРИХОДА В КОМАНДУ? МЫ ПОЕХАЛИ В ОТЛИЧНУЮ БАНЮ, ПОПАРИЛИСЬ С ВЕНИКАМИ, ВСЕ КАК НАДО

- Потом в команду пришел Игорь Черевченко и дела более-менее наладились. Как изменил команду Черевченко, что пошли такие результаты?

- С приходом Игоря Геннадьевича и, что немало важно, его тренерского штаба другая стала атмосфера в коллективе. Они добавили юмора. Мы были все, как ежики - у нас ничего не получается, сидим на дне турнирной таблицы. Тренерский штаб раскрепостил футболистов, заставил поверить, что мы не хуже тех, против кого выходим на поле, а может даже и лучше. Появилась вера в себя и партнеров. Думаю, за счет этого мы стали по-другому выглядеть на поле.

- Насколько сильно на команду повлияли трансферы Мирзова и Глушакова?

- Мирзов и Глушаков - футболисты высокого уровня. Конечно, их приход тоже положительно повлиял.

- Матчи с «Локомотивом», «Спартаком» и «Зенитом» - где было больше шансов зацепиться за очки?

- Во втором тайме с «Локомотивом» мы должны были дожимать. Со «Спартаком» могли в первом тайме снимать все вопросы. Во всех трех играх мы показали хороший футбол, но недобрали очков, и это обидно. С «Зенитом» у нас было много моментов, мы играли на уровне, но сказался класс футболистов «Зенита», которые смогли из полумоментов сделать голы.

- В игре с «Рубином» Глушаков забил дебютный гол за «Химки». Денис уже успел как-нибудь проставиться перед командой? В бане не собирал?

- После дебютного гола, нет. После прихода в команду — да. Не скажу, что это была прямо простава. Это было в середине недели, день восстановления. Мы приехали в отличную баню, попарились с вениками, все как надо. Была обычная лечебная процедура, а не гулянка. У нас в России принято считать, что, если поехали в баню, значит обязательно гуляли. Нет, не так. Это было сделано для сплочения коллектива.

- Во времена твоего выступления за «Томь» бывало, что после забитого мяча ты изображал руками букву «Т». Как тебе пришло в голову это празднование?

- Я просто лежал перед сном и думал: «Скоро у меня будет дебютная игра. Если забью гол, надо же что-то показать». И в голову пришла буква «Т» - «Томь», Томск. Вроде, прикольно, и болельщикам понравится.

В «Химках» после дебютного гола я скрестил руки и показал свой номер - 44. Самое главное, это забить, чтобы гол официально засчитали. Потому что у нас сейчас есть VAR, можно забить, а гол отменят. Представляете, я забиваю гол, праздную, а судья отменяет гол после подсказки VAR. Сейчас надо контролировать эти моменты. Главное забить, а потом уже отпраздновать (смеется).

- Как ты относишься к VAR? Часто приходится слышать от футболистов, что схожие эпизоды трактуются по-разному. Им это непонятно.

- Полностью с ними согласен. Я сам иногда не понимаю, как люди, работающие на VAR, трактуют тот или иной эпизод. Это постоянно разбирается на «Матч ТВ», идут споры.

Не знаю, как относиться к VAR. Когда его ввели, я был очень рад. У меня случались моменты, когда я забивал гол, а судья показывал «вне игры», хотя на самом деле «вне игры» не было. Поэтому я думал, что с приходом VAR станет поменьше спорных моментов. Но, как показывает практика, спорных эпизодов стало только больше. Я очень надеюсь, что VAR будет работать более прозрачно и понятно по отношению к футболистам.